С хиромантом мистером Рэнсомом поэт Артур Сэвил познакомился на большом приёме у леди Ферлмир. Артур Сэвил всегда любопытствовал, какое будущее уготовила ему судьба, и теперь с нескрываемым интересом следил за тем, как хиромант изучает линии его руки. Мистер Рэнсом хмурился, и вид у него был смущённый, потом он вдруг задрожал, лицо его побледнело, и голос изменил ему. Он прошептал лорду Артуру:
— Вам предназначено стать убийцей, и этой судьбы вы не избегнете.
Когда лорд Артур оправился от потрясения, мистера Рэнсома уже и след простыл. Положение, в котором оказался лорд Артур, было не из приятных, но, поразмыслив, он утешился тем, что для будущей жертвы положение это окажется куда как неприятнее. Как воспитанному и, в общем, добродушному человеку, лорду Артуру теперь предстояло озаботиться тем, чтоб выполнить своё предназначение быстро и максимально безболезненно для намеченной жертвы. Он был уверен, что выполнить это проще простого. Однако выяснилось, что всё не так просто.
Ибо священник, которого он попытался толкнуть под колёса омнибуса, внезапно попятился, наступив на ногу лорду Сэвилу, и, не извинившись, удалился. Следующая попытка окончилась неудачей ещё более плачевной. По почте он послал яду уже давно хворавшему дядюшке, от которого он ожидал наследство, думая поправить таким образом своё состояние. Но что для одного яд, для другого лекарство, и две недели спустя его дядюшка устраивал званый ужин в честь своего выздоровления.
Затем был случай, когда однажды утром, правя своим догкартом по Гайд-парку, лорд Артур вдруг увидел мужчину, сошедшего с пешеходной аллеи и пересекавшего дорогу прямо перед ним. Так как человек этот казался немощным инвалидом, лорд Сэвил воодушевился, решив, что тут-то он преуспеет; к тому же душу его грела мысль, что, избавив свою жертву от телесных страданий, он совершит благое дело. И потому, хлестнув лошадь, он направил её непосредственно на человека. Однако тот, решив, что лошадь понесла, с неожиданной ловкостью отпрыгнув на обочину, схватил лошадь за повод и тем остановил. Лорду Артуру оставалось только отблагодарить его совереном.
Вновь и вновь все его попытки совершить убийство оканчивались ничем. Взрывчатка, которую он послал тётушке, не взорвалась; дама, которую он столкнул в канаву, была спасена прохожим, и Артуру пришлось ещё компенсировать ущерб обоим — спасённой и спасителю; младенец, чью коляску он перевернул, пришёл в такой восторг, что стал просить лорда Артура повторить его фокус. Похоже было, что судьба ополчилась против него.
Но в один прекрасный вечер, когда лорд Артур, бредя по набережной Темзы, горестно размышлял, будет ли считаться убийством, если наложить на себя руки, он увидел мужчину, перегнувшегося через парапет. Вблизи никого видно не было, а вода в Темзе стояла высоко. Благословенная возможность! И, быстро наклонившись, лорд Артур ухватил мужчину за ноги. Послышался всплеск, тёмные воды закрутились в бурун, сомкнулись, и на лорда Артура снизошёл покой. Исполнив свой долг, он мирно заснул, проспал всю ночь и всё утро и проснулся за полдень. И первое, за что он зацепился глазом, открыв свою утреннюю газету, которую всегда читал за завтраком, была заметка, озаглавленная: «Известный хиромант утонул. Самоубийство мистера Рэнсома».
На похороны мистера Рэнсома лорд Артур послал венок, на ленте которого значилось: «С благодарностью».
Оскар Уайльд
